Например, в «Песни о вещем Олеге» мы находим не только сбирается, отмстить, обрек, но и такие слова, как тризна, отрок (слуга), волхв и т. п. В «Родословной моего героя» читаем не только целиком стилизованную под древнерусское летописное повествование фразу «Вельми бе грозен воевода», но и находим ссылку на воображаемый древний источник: «Гласит Софийский Хронограф».

Для более близких к своему времени исторических периодов Пушкин также подбирает соответствующую лексику и фразеологию. Так, первая реплика в трагедии «Борис Годунов» открывается следующими словами: «Наряжены мы вместе город ведать...» Здесь к языку XVI–XVII вв. восходит и значение глагола нарядить / наряжать «назначать», и выражение город ведать, т. е. управлять городом. Эта реплика сразу вводит читателя в обстановку XVI столетия.

Когда Пушкину необходимо перенестись в эпоху XVIII в., он также находит приемы исторической стилизации языка. Например, в «Капитанской дочке» используется солдатская песня: «Мы в фортеции живем, Хлеб едим и воду пьем...» (очень характерное для XVIII в. заимствование фортеция). Или лирические стишки, сочиненные Гриневым:

Мысль любовну истребляя,

Тщусь прекрасную забыть,

И ах, Машу избегая,

Мышлю вольность получить!

Но глаза, что мя пленили,

Всеминутно предо мной,

Они дух во мне смутили,

Сокрушили мой покой.

Ты, узнав мои напасти,

Сжалься, Маша, надо мной,

Зря меня в сей лютой части,

И что я пленен тобой.

Недаром Швабрин, прочтя эти стихи, находит, что они «достойны... Василья Кирилыча Тредьяковского и очень напоминают... его любовные куплетцы». Поэт использовал краткое местоимение (мя), краткую форму прилагательного в косвенном падеже (любовну), междометие ах, архаизмы зря, мышлю, тщусь, устойчивое выражение лютая часть и т. п. Благодаря введению приемов исторической стилизации языка А.С. Пушкину удалось значительно обогатить реалистический метод изображения исторического прошлого.

Вернуться к тексту лекции